Menu Close

Глава 7 : Похоронить вместе с мёртвым, часть 2

Предыдущая глава  Содержание  Следующая глава


Когда Цинь Юй посмотрел на трёх ошеломлённых Сяньтяней, в его глазах была лишь смерть.

Гибель Лянь Яня тяжким грузом легла на его сердце. Он чувствовал невыразимую горечь и беспомощность, и эти трое были отличной целью для того, чтобы выплеснуть всё, что накопилось в его душе. Да и потом, они были заодно с И Цин Юем, убийцей дедушки Ляня.

«Пфф, это всего лишь один человек. Только что Коротышка просто был слишком беспечным. Не дайте себя запугать, — И Фэн внезапно вскинул голову и, не мигая, уставился на Цинь Юя, как змея. – Тощий, Сморчок, нападём все вместе и избавимся от этого наглеца».

Заслышав приказ И Фэна, двое его подручных успокоились и хладнокровно кивнули. Мгновенное убийство их товарища поразило их до глубины души, однако сообща бояться было нечего. Взгляды всех троих были прикованы к Цинь Юю, энергия Сяньтянь в их телах начала активизироваться.

Ауры трёх экспертов расширились и обволокли Цинь Юя со всех сторон, будто черепаху в банке.

Буфф! Буфф!

Юноша стянул наручи и поножи из чёрного железа и небрежно швырнул их в сторону. По поместью прокатился грохот. И Фэн и двое его подручных переменились в лице. Продемонстрированная Цинь Юем скорость уже внушала ужас, но, оказывается, он всё это время носил на себе огромный дополнительный вес.

«Дедушка Лянь, пожалуйста, дай мне минутку. Когда я их убью, я тут же отвезу тебя домой», — печальным голосом произнёс Цинь Юй.

Перед внутренним взором Третьего Принца без конца возникали картины из прошлого. Когда Цинь Юй был ещё совсем маленьким, то целые дни проводил вместе с дедушкой Лянем, слушая его завораживающие истории. Пока Лянь Янь рассказывал, разум мальчика будто уплывал в волшебную страну его грёз.

«Жил да был один талантливый юноша. 10 лет он упорно учился, не жалея ни сил, ни времени…».

Лянь Янь все свои истории начинал одинаково. «Жил да был…». Цинь Юй даже с закрытыми глазами отчётливо видел эту картину, как Лянь Янь что-то неспешно ему рассказывает, сидя у кровати, пока мальчик не уснёт. Чудесные воспоминания, проникнутые теплом и светом… но теперь ему уже никогда не увидеть вновь эту невероятно добрую улыбку дедушки Ляня.

Глаза Цинь Юя увлажнились против его воли.

Цинь Юй сделал неуловимое движение и тут же исчез, не издав ни звука.

«Ах-х!».

Цинь Юй, до боли стиснув зубы, со всей мочи ударил Тощего кулаком в живот. Юноша мог поднимать 2 000-3 000 цзинь одной рукой, но полновесный удар его руки, нанесённый на огромной скорости, был эквивалентен удару в 10 000 цзинь, безумная мощь.

Бам! Живот Тощего затрясся, как желе, но, как ни странно, не лопнул. Но из его выпученных глаз, изо рта, ушей и носа хлынул целый поток крови. Внутренние органы Тощего от этого удара в 10 тысяч цзинь превратились в хаотичную мешанину.

Даже энергия Сяньтянь не смогла уберечь его от такой мощи.

Сяньтянь средней стадии умер на месте.

Цинь Юй, казалось, этого даже не заметил, полностью погрузившись в созерцание вереницы проносящихся перед его глазами сцен из прошлого. Он поклялся себе, что будет беречь эти воспоминания в своём сердце до конца своей жизни.

«Дедушка Лянь, быстрее, открой дверь! Это Сяо Юй. Мне нужно поговорить с тобой кое о чём. Быстрее, открой дверь!» — закричал Цинь Юй. Спустя короткое время, внутри комнаты загорелся свет. «Сяо Юй, твой дедушка только-только прилёг, а ты уже его будишь», — раздался мягкий голос. Затем дверь открылась.

Глазам Цинь Юя предстал добрый старик лет 60-ти, укутавшийся в плотное одеяние.

Во время того разговора дедушка Лянь обстоятельно рассказал ему о различиях между внутренней и внешней практикой, о Хоутянях, Сяньтянях и Шансянях. Добрые слова дедушки Ляня в ту ночь открыли для Цинь Юя дверь в мир практикующих.

На лице Цинь Юя появился слабый намёк на улыбку. Он будто заново переживал ту ночь в кабинете Лянь Яня.

«Сморчок, осторожнее!» — воскликнул И Фэн.

Из его руки в сторону Цинь Юя выпорхнул едва заметный серебристый блик, но тот даже не стал уклоняться. Он выбросил навстречу кулак, и изящная шпилька с металлическим звоном разлетелась на мелкие кусочки. А тело Цинь Юя уже материализовалось перед Сморчком.

«Сдохни!» — Сморчок собрал все свои силы и обрушил на Цинь Юя свой клинок.

«Агх!..» — практически в тот же миг раздался мучительный стон. Это Цинь Юй прямым ударом ноги раздробил его коленную чашечку. Затем он сложил руку когтями и нанёс удар в жизненно важную точку на позвоночнике. Сила его пальцев через Огненные Перчатки устремилась вперёд и сокрушила позвоночник, будто соломинку.

Сморчок издал ещё один, предсмертный стон и рухнул, как подкошенный. Его тело конвульсивно содрогалось, а изо рта толчками лилась кровь.

Кусочки воспоминаний с дедушкой Лянем из детства и отрочества юноши закружились у него в голове. Его губы сами собой сложились в улыбку. Эта искренняя улыбка шла от самого его сердца.

Цинь Юй поднял голову. Не переставая лучезарно улыбаться, он произнёс, глядя на И Фэна: «Остался лишь один».

Несмотря на сердечную улыбку юноши, по спине И Фэна пробежал холодок. Прошло лишь несколько мгновений, а двое Сяньтяней средней стадии были убиты, причём с такой лёгкостью. Но ведь сам И Фэн тоже лишь ещё один Сяньтянь средней стадии. Поэтому он принял единственное возможное решение…

Бежать!

Однако к этому моменту мысли Цинь Юя потекли в другом направлении. Он вспомнил недавнюю сцену, которую он наблюдал со спины Сяо Хэя. Эти десять невозможных, нереальных дырочек в груди Лянь Яня. Когда юноша снова посмотрел на И Фэна, его улыбка уже превратилась в оскал.

Цинь Юй исчез, оставив после себя несколько остаточных изображений.

«Умри! Не преследуй меня! Сдохни!» — с губ И Фэна сорвался визг ужаса. Он улепётывал, швыряя в Цинь Юя одну серебряную шпильку за другой.

При виде этих необычных метательных снарядов во взгляде Цинь Юя сверкнул лёд. Он будто воочию увидел, как в грудь дедушки Ляня вгрызаются эти острые иглы.

«Аргх~~».

Раздался хриплый вой. И Фэн содрогнулся, поскольку этот вой явно приближался, причём с невероятной скоростью. Даже если бы он потратил всю свою энергию Сяньтянь, то всё равно бы не смог оторваться от преследующего его монстра.

Поскольку бежать было бессмысленно, И Фэн внезапно развернулся и, издав яростный клич, метнул в Цинь Юя множество шпилек – все, что были у него в руках.

Бам! Бам! Бам!..

Его шпильки разлетелись вдребезги!

Его руки были раздроблены!

А в его широко раскрытых глазах застыло неверие!

****

Звуки ударов завершились предсмертным хрипом И Фэна.

Уничтожив серебряные шпильки, Цинь Юй своими кулаками раздробил обе руки И Фэна. Затем он раскрыл ладонь правой руки, сложил кисть копьём и ударил точно между его бровями. Сила этого мощного точечного удара проникла прямо в череп И Фэна.

Затем он убрал руки, повернулся и зашагал к Лянь Яню.

Буфф! Тело И Фэна, простояв несколько мгновений, с глухим стуком завалилось назад. Из его рта и носа потекла кровь. Он был мёртв.

За какие-то секунды четверо Сяньтяней средней стадии были буквально раздавлены Цинь Юем.

Да, с того момента, как он начал практиковать движения, начертанные на первой Над-Небесной диаграмме, сила юноши ощутимо возросла, но даже со священным оружием среднего грейда он должен был по силе едва достигать уровня Чжэнь Сюя. По идее, он не должен был так легко победить четырёх экспертов на средней стадии Сяньтянь.

Но одной из сильнейших его сторон была способность… сражаться против многих врагов одновременно. Он ни в малейшей степени не боялся численного перевеса противника. На первый взгляд это была битва 1 против 4, но из-за невероятной скорости Цинь Юя и его техники маневрирования он каждый раз, фактически, сражался один на один.

«Дедушка Лянь, я закончил. Сейчас я отвезу тебя домой», — нежно проговорил Цинь Юй, подходя к телу старика. Он говорил так, как обычно разговаривал с Лянь Янем. Похоже, он до сих пор не верил, что Лянь Янь погиб.


Предыдущая глава  Содержание  Следующая глава

Поделитесь с друзьями!